Translate to:

Актуальные данные о Норвежско-Российской торговле за август 2017 года

российский экспорт в Норвегию: 932,3 млн $ (+ 17,4 %)

норвежский экспорт в Россию: 175,4 млн $ (+ 43,1 %)

товарооборот: 1107,7 млн $ (+ 20,8 %)

Активность посещений
  • 437863Всего прочтений:
  • 203603Всего посетителей:
Архивы
Норвежские СМИ одной строкой
Транссибирский воздушный коридор остаётся закрытым для "Норвиджен"
После завершившейся  9 ноября в Осло встречи норвежской и российской транспортных администраций норвежская авиакомпания "Норвиджен" так и не получила право на пролёт по транссибирскому воздушному коридору при выполнении рейсов из Норвегии в Азию. (Dagbladet.no)[]
Пессимизм в секторе услуг шельфовых судов в ближайшее время сохранится
Как отметил главный аналитик брокерской компании «Кларксон Платоу» Эрик Тённе на проходящей в Олесунне судостроительной конференции «Верфтсконферансен» (Verftskonferansen, 7 – 8 ноября), в настоящее время около 1 700 шельфовых судов находятся в отстое по всему миру, и в краткосрочной перспективе не ожидается никаких серьёзных изменений в этой ситуации. (Maritimt Magasin)[]
Рынок жилья становится важнейшим фактором риска для экономики Норвегии
"Нефтяной тормоз" слабеет и в норвежской экономике снова наступают светлые времена, однако рынок жилья, который в период кризиса поддерживал экономику, становится для неё одним из важнейших факторов риска - продажи нового жилья сильно падают, количество непроданных объектов жилой недвижимости растёт, рос цен на вторичном рынке жилья замедлился. E24.no[]
Банк Норвегии оставил ключевую ставку без изменений.
По результатам заседания совета Банка Норвегии 25 октября, ключевая ставка сохраняется на рекордно низком уровне 0,5 %, установленном в марте 2016 г., и её повышение не следует ожидать ранее 2019 г. E24.n0[]
"Статойл" завершил разведочную кампанию в Баренцевом море с неудовлетворительными результатами
«Статойл» потерпел очередное разочарование в ходе разведочной кампании этого года на континентальном шельфе в Баренцевом море – пятая и последняя пробуренная скважина (месторождение Койген Сентрал) оказалась без нефти и газа. Всего из пяти пробуренных скважин только в одной, на месторождении Каяк, обнаружены рентабельные запасы нефти. (E24.no)[]

К 95-летию Торгпредства

2 сентября 2016 года отмечается 95-летие со дня образования Торгового представительства Российской Федерации в Королевстве Норвегия. Предлагаем ознакомиться с краткой историей Торгпредства, с основополагающими документами, а также посмотреть фильм (ссылка), подготовленный сотрудниками представительства к предыдущему юбилею в 2011 году.

Здание Торгпредства (вид с фьорда 2)

Здание Торгпредства по адресу: Фрёйас гате 17

ИЗ ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ МЕХАНИЗМА ТОРГОВЫХ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В НОРВЕГИИ

До создания торговых представительств торгово-экономические интересы Российской Империи представлялись консулами. Консулами являлись официальные представители, назначаемые правительством одной страны в города (особенно портовые) другой, для охраны и защиты экономических, правовых, культурных и прочих интересов назначившего их государства, а также интересов граждан и юридических лиц этого государства.

Консулы могли быть:

штатными, состоящими на государственной службе своей страны;

нештатными, или почётными. Штатные консулы, которые, в свою очередь, делились на генеральных, просто консулов, вице-консулов и консульских агентов.

Консулы освобождались от всяких повинностей, прямых налогов, за исключением налогов на лично принадлежащую им недвижимую, промышленную или торговую собственность, налогов на наследство, а также на доходы, извлекаемые в стране пребывания и не имеющие отношения к их служебной деятельности (напр., на торговое или промышленное предприятие). Генеральному консулу подчинялись все другие, но юридической разницы в правах и обязанностях не существовало.

Таким образом, российские консульства (впрочем, так же как и генеральные консульства и вице-консульства) являлись по сути, торгово-экономическими институтами. В нашем случае такое положение обуславливалось многочисленными торговыми конвенциями между Шведско-Норвежским королевством и Российской империей. Российские и финляндские товары поступали на склады в Стокгольме, Готтенбурге, Карлсгамне, Ландскроне, Христиании, Хаммерфёсте «и во всех прочих норвежских портах, в коих имеются таможенные камеры, на условиях, постановленных для такового же рода товаров, привозимых на судах Шведских и Норвежских». Формально главной обязанностью консула становилась защита экономических интересов страны, а на деле функции оказывались гораздо шире. Прежде всего, эти чиновники, как непосредственные очевидцы анализировали экономическую ситуацию и информировали торговцев об изменениях в международном праве.

Например:

«с 1 апреля 1819 года вступил в жизнь новый королевский Таможенный устав Швеции-Норвегии, отменивший старый Устав о таможенных местах от 1 февраля 1797 года».

Об это сообщило  в Министерство финансов Российской империи Генеральное консульство в Христиании. За разъяснениями по толкованию таможенных правил к консулу мог обратиться любой российский моряк или купец. Существовал даже специальный консульский сбор с приходящих к портам судам.

Консулы определяли практическую эффективность межгосударственных торговых соглашений и информировали о любых изменившихся условиях (в торговле и т.п.), снижавших выгоды прежних договоров. Так в 1895 году российский консул в Варде Микаель Антон Холмбое сообщал, что «торговый трактат 1838 года уже не отражает реальной ситуации в российско-норвежской торговле».

Большое внимание консулы уделяли изучению хозяйственного развития страны пребывания. Типичный пример – донесение русского консула в Северной Норвегии Островского, который сообщал министру государственных имуществ о состоянии китобойного промысла. Согласно этим данным «на 28 октября 1889 год в Норвегии били китов 32 парохода из 20 кампаний». Островский объяснил и причины упадка промысла на севере России и Норвегии (падение цен на жир в Англии), предложил меры увеличения доходности поморских предприятий исходя из норвежского опыта. Проявляя заметный интерес к экономическому развитию Норвегии, российские консулы преследовали несколько целей. Во-первых, следили за перспективными направлениями внешней торговли, а во-вторых, «примеривали» чужой опыт на российские условия.

Донесениями консулов интересовались Министерство внутренних дел, Министерство государственных имуществ, МИД  России , а также военные ведомства. В частности, в годы I мировой войны Морской генеральный штаб России получал сведения о потерях норвежского торгового флота от немецких мин и подводных лодок. Бывали случаи, что  консулы выполняли и секретные поручения, в частности, в 1913 году вице-консул в Бергене выполнил посредническую функцию в переговорах между Морским генеральным штабом России и норвежским изобретателем о покупке «самодвижущейся мины». Интересно, что согласно источникам пост вице-консула в это время занимал Йенс Йохан Гран, подданный Норвегии. В годы I мировой войны консулы следили за выполнением судовладельцами Норвегии обязательств по фрахту, так как пароходы арендовались для транспортировки военных грузов из Европы и Америки в Архангельск и большое их количество шло через норвежские порты Вардё и Тромсё. В целом, обязанности консулов носили рутинный, но в отдельные времена и сезоны напряжённый характер.

Согласно норвежским данным, в 1826 году в Норвежском Королевстве (без учета Швеции) работали: 1 генеральный консул (барон Штевен в Христиании), 1 консул (барон Роде в Христиании) и 7 вице-консулов (барон Крон в Бергене, С.Т. Мо в Кристиансанде, Й.С. Рейланд в Ставангере, С.Й. Бах в Мольде, С. Гарманн в Тронхейме, Т. Гранте в Тромсё, С.П. Адерманн в Хаммерфёсте). К началу XX века вице-консулы помимо перечисленных городов действовали в Вадсе, Арендале, Тонсберге, Ларвике, Алесунде, Фредрикстаде, Хаугесуне, Буде, Флеккефьорде. Кроме того, с 1879 по 1906 годы вице-консул России работал в Фарсунде.

Консульские должности занимались десятилетиями. Согласно «Статскалендарю» 1829 по 1915 годов в Христиании сменилось всего 6 генеральных консулов. Если пост генерального консула занимали российские подданные, то вице-консулы носили, как правило, норвежские фамилии и были норвежскими же гражданами. Норвегия здесь не является исключением, в XIX веке считалось вполне разумным назначать на такие должности местных жителей, знающих локальные условия, и в этом случае не требовалось специальной подготовки их по изучению языка, обычаев, торговых правил и т.д. Более того, зачастую такие поручения выполнялись «на общественных началах», т.е. без определения фиксированного жалованья. Однако желающие занять такие, вроде бы, не доходные места всегда находились, так как такая должность считалась престижной. Добровольные консулы и назывались нештатными или почетными. Они не состояли на государственной службе назначившей их страны, это были местные жители из числа уважаемых купцов или промышленников. Они продолжали заниматься своей основной деятельностью, иногда получая определённый процент с консульских поступлений. Почётные консулы подчинялись одному из штатных консулов. Деятельность нештатных консулов характерна для императорской России, в советское время они не назначались.

К концу I мировой войны становится принято назначать на должности вице-консулов в Норвегии российских подданных, с определённым жалованьем, подотчётных правительству.

ТОРГОВОЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО ПОСЛЕ РЕВОЛЮЦИИ 1917 ГОДА

Как известно, восстановление отношений большевистской России с Западом началось с признания Советов «де-факто», т.е. с установления торговых отношений. Организация торгового обмена поручалась теперь «торговым представительствам» (сокращенно «торгпредствам»). Само это понятие было новым явлением в практике международных экономических отношений. Торгпредские работники приняли на себя коммерческие обязанности прежних российских консулов как в центре (Кристиания), так и на местах.

Задачи торгпредских работников коренным образом отличались от сути прежней, царской, коммерции. Торгпредство отражало стремление РСФСР обеспечить государственную монополию внешней торговли. В этом смысле деятельность торгпредств была политизирована. Особенно это касалось периода первой половины 20-х годов, когда в большинстве западных стран еще не существовало советских полномочных представительств (Полпредств, в будущем — Посольств).

Первое развернутое «Положение о Торговых Представительствах СССР за границей» было оформлено приказом № 7 Наркомата внешней торговли (НКВТ) от 16 августа 1923 года. Предписывалось иметь две основные части в структуре миссии: регулирующую и коммерческую. Причем регулирующая стояла на первом месте в документе не случайно. На неё возлагался контроль над осуществлением монопольного характера внешнеэкономических связей. Этот документ заложил юридическую основу деятельности внешнеторговых органов Союза ССР.

Следует указать, что Торгпредство в Кристиании (с 1924 года — Осло) было одним из первых советских торговых учреждений такого рода. Старше только Торгпредство в Великобритании, но его статус существенно отличался, так как советские представители, расквартированные в Лондоне, назывались делегацией, т.е. на тот момент торговая делегация советской России в Великобритании не являлось заграничным учреждением.

Торгпредство в Норвегии образовано в соответствии с Временным соглашением между Россией и Норвегией от 2 сентября 1921 года (скачать).  Важно отметить, что организованное в Осло пару лет спустя полномочное представительство СССР (Полпредство, позднее — Посольство) «выросло» из Торгпредства, так как на тот момент между двумя странами не существовало дипломатического сотрудничества, а отношения строились лишь на двусторонней торговле.

В соответствии с первым параграфом Соглашения от 2 сентября 1921 года Норвегия и Россия допускали на свои территории «на равных условиях» официального представителя и торговых агентов другой стороны численностью до 20 человек и определяли права этих лиц. С подбора кандидатур и началось формирование штатов. Москва определила своим представителем Льва Михайловича Михайлова (Елинсон) (1872–1928). Л.М. Михайлов был одним из когорты первых большевиков, членом партии с 1896 года, участником революции 1905 года, позже работал в «Звезде» и «Правде». По окончании карьеры Торгпреда с 1924 года и до своей смерти являлся секретарем Всесоюзного общества старых большевиков. В политическом отношении Л.М. Михайлов был исключительно надежным человеком. Для возглавляемой им торговой миссии в Норвегии придумали специальный термин «Русская торговая делегация в Норвегии», а её глава позже был назван «полномочным представителем» (Befullmektigetrepresentant)

118285652_Lev_Mihaylovich_Mihaylov

Л.М. Михайлов

31 октября 1921 года Министерству торговли Норвегии был предоставлен полный список сотрудников Торгпредства – 11 человек, включая членов семей. В начальный год работы Торгпредство РСФСР арендовало совместно с Полпредством здание  на углу Ураниенборгвейн 2-4 и Парквейн, а только впоследствии в 1929 году приобрело два собственных помещения по адресу Инкогнитогата 24Б (квартиры до сих пор находятся в собственности Российской Федерации). Это совсем недалеко от королевского дворца и по соседству с дипломатическими особняками других стран. Первый Торгпред Михайлов одновременно являлся непризнанным Полпредом (Послом).

Арендованный особняк Торгпредства — Полпредства в Кристиании (Осло)

Арендованный особняк Торгпредства - Полпредства в Кристиании (Осло)

Арендованный особняк Торгпредства — Полпредства в Кристиании (Осло)

Здание Торгпредства по адресу Инкогнитогата 24Б (фото 1967 года, на здании надпись на норвежском: «50 лет Советскому государству»)

Современный вид здания на Инкогнитогата 22 (бывшее 24Б) в которых размещалось Торгпредство с 1929 по 1968 года

Следует сказать, что в «Норвежском Статскалендаре» (официальные представители) за 1919 год представителями России в Норвегии числились 22 лица, назначенные Временным правительством в 1917 году. Фактически это были те же лица, которые служили еще царю Николаю II. До 1923 года новые данные о каких-либо представителях России в Норвегии не публиковались вовсе. В этой ситуации прежние русские дипломаты могли считать себя в 1921–1922 годах при исполнении обязанностей.

Деловая структура Торгпредства сложилась в декабре 1921 года следующим образом: одна его часть занималась делами Наркомата внешней торговли, вторая ведала делами Госторга. К первой части относился секретариат, секция лицензий и бухгалтерия. На этой ниве трудились всего 6 человек. Вторая, и наибольшая часть, имела торговый отдел, финансовый отдел, бухгалтерию, секретариат, канцелярию и агентство в Вардё. Численность штата, работавшего на Госторг, составляла 11 человек. В первом отчете Торгпредства за 1921-1922 годы говорится, что в это время разделение на отделы было довольно условным. Общая же численность Торгпредства равнялась 17 единицам. Плюс 2–3 человека относились к создаваемому Полпредству. Постепенно количество дипломатических представителей подтягивалось к дореволюционной цифре – 22 человека.

Интересно представлен в отчете за 1921-1922 годы социальный и партийный состав торгового представительства. В последующих документах никаких указаний на социальный состав не имеется. В отчете же за первый год деятельности отмечается, что два работника по происхождению из рабочих, три – из крестьян, еще три человека дворянской крови и девять остальных вышли из мещан. Рабочие и крестьяне еще в явном меньшинстве. Главным, в Наркомате иностранных дел (НКИД) тогда было не происхождение, а деловые способности и лояльность к советским властям. Кстати, членов РКПБ тоже было относительно немного – 7 человек. 9 чиновников беспартийны. А один работник – бухгалтер-норвежец из агентства в Вардё – вообще «принадлежал к правым с 1896 года». Но, по отзывам Л.М. Михайлова, дело знал, работал хорошо, и его политические взгляды никого не беспокоили. Представить такой состав любого представительства СССР за границей в 30-е годы, да и в годы после II мировой войны уже просто невозможно.

Стоит обратить внимание и на образовательный уровень сотрудников первого призыва. Четыре человека имели высшее образование, девять – среднее, еще четверо – домашнее (так записано в документе). Для того времени это вполне удовлетворительный ценз образованности. Главным недостатком было другое – отсутствие специальной торговой, финансовой и дипломатической подготовки и опыта. Их приходилось возмещать общей культурой и старанием.

Авторы первого отчета часто и справедливо сетовали на существенные недостатки финансирования. Так в отчете для НКВТ от 26 марта 1923 года, т.е. по прошествии целого квартала нового финансового года, находим такую жалобу: «утвержденной сметы на 1922/23 год мы до сих пор не имеем и никаких ассигнований ни на свое содержание, ни на содержание агентства не получили». Низки были и ставки чиновников Торгпредства. Минимум оплаты изначально был определен в 480 норвежских крон. Оклад этот совершенно не сопоставим с солидным денежным довольствием членов подобной норвежской миссии в РСФСР. Однако и после этого «оклады много раз менялись в сторону понижения». Всего за год они уменьшались четырежды и в общем результате стали вдвое меньше. В связи с этим в цитируемом отчете отмечено: «Быт не налажен <…> особенно тяжело семейным». Таких финансовых бед дореволюционные дипломаты России (прежде всего многочисленные консулы) не испытывали. Военный атташе в Скандинавии граф А.А.Игнатьев писал, что в начале ХХ века «русская же миссия существовала в полном смысле этого слова на средства своего посланника, богатейшего бессарабского помещика Крупенского», славившегося «своим подчас слишком подчеркнутым восточным хлебосольством»

Анатолий Николаевич Крупенский (1850-1923) — дипломат, чрезвычайный и полномочный министр (посол) Российской Империи в Норвегии (1905-1912), русский посол в Италии (1912-1915), в эмиграции — член Высшего монархического совета. Старший сын в семье крупного бессарабского помещика Николая Матвеевича Крупенского, предводителя областного дворянства. А.Н. Крупенский начал учебу в Киевском Императорском Университете Св. Владимира, в 1871 году был переведен в Императорский Московский Университет, где с отличием окончил юридический факультет. В 1874 году он получил степень кандидата права и был принят на службу в МИД.

Anatoly_N._Krupensky.jpeg

Анатолий Крупенский

Современники знали Крупенского как человека импульсивного, карьериста, убежденного монархиста, любившего жить на широкую ногу. Работая в Норвегии, он был хлебосольным «хозяином» особняка с видом на королевский дворец (тот самый, в которым позднее размещалась советская торговая делегация, на углу Парквейн и Ураниенборгвейн 2-4), где «задавал пиры», о которых вспоминали даже в советском Полпредстве. В европейских дипломатических кругах Крупенский, по воспоминаниям современников, «прославился» «своим исполинским носом, громким голосом и порывистыми движениями». Он «со свойственной этой семье южной экспансивностью обращался не только со своим единственными секретарем, но и с норвежскими чиновниками, как с собственными крепостными». Тем не менее, Крупенский имел репутацию «глубоко порядочного человека, настоящего русского».

С 1921/22 годов хозяйственного года в работе торгового представительства РСФСР осуществлялся принцип хозяйственного расчета и деятельность представительства самоокупалась. Прибыль образовывалась от комиссионных за успешно или досрочно выполненную работу. Этим советские торговые дипломаты 20-х годов также отличались от консулов старой России, получавших либо достаточное жалование, либо имевших доход от собственной коммерции в стране пребывания. Торговые успехи позволили Торгпредству РСФСР не только содержать себя, но иногда подкреплять кассу Полпредства, предоставляя последнему деньги в долг. В частности, за счет Торгпредства была оплачена поездка А.М. Коллонтай в Гаагу, и оказана существенная помощь команде архангельского парохода «Юшар».

Центральной задачей Торгпредства в 20-е годы ХХ века. была закупка рыбы, а со второй половины 20-х годов – продажа русского зерна. На рубеже 20-х и 30-х годов его внимание было сосредоточено на приобретении больших партий норвежского алюминия и специальных сплавов, а также на попытках серьезно расширить номенклатуру советского экспорта. Успешно занималось Торговое представительство и договорами о предоставлении Москве крупных гарантируемых норвежским правительством торговых кредитов.

Первые переговоры относительно приобретения соленой сельди провел с конца октября 1921 года Полпред Л.М. Михайлов В результате была оформлена покупка за наличный расчет 219 000 бочек весенне-нерестующейся крупной сельди. Но поскольку советское правительство запасами валюты не располагало, норвежцы быстро поняли, что новых больших заказов за наличный расчет не будет.

Ещё большей по масштабам была так называемая «рыбная операция 1922 года». Она была построена на ином финансовом принципе предварительного кредитования приобретаемого товара. Переговоры на этот счет начались в январе 1922 года и было очевидно, что внешне чисто финансовое соглашение на самом деле носило политический характер. Норвежское государство впервые должно было на официальном уровне гарантировать то, что большевики в срок вернут взятые взаймы у банков средства. 24 марта король Хокон VII подписал проект послания Стортингу (прим. норвежский парламент) по этому вопросу. В тот же день предложение Министерства торговли Норвегии №50 «О частичной госгарантии на кредитные продажи России засоленных по русскому способу рыбы, стурсильд и ворсильд (виды сельди) улова настоящего года» было представлено парламенту министром торговли Л.Ю. Мувинкелем. 3 апреля Договор о первой советско-норвежской государственной кредитной сделке был подписан и на следующий день вступил в силу. Условия этого документа составили базу для всех подобных соглашений до 1928 года. Общая стоимость сельдяного и рыбного заказа 1922 года составила около 16.000.000 норвежских крон, что вполне сопоставимо с размерами российских закупок начала ХХ века. С учетом оплаты фрахта и тары цена заказа достигла 20.000.000 норвежских крон.

Сельдь грузилась с 15 мая по 26 июля 1922 года. Всего было отправлено 30 пароходов из разных норвежских портов. Торгпредство наняло и содержало солидный штат браковщиков и инспекторов из числа норвежских граждан. Это П.Э. Герман, Ф.Ф. Келлер, Юргенсен, Сивертсен. Зато у Торгпредства практически не было забот с доставкой рыбы в Россию. Торгпред Михайлов писал по этому поводу: «Транспортные операции Торгпредства сводятся лишь к чисто технической документальной практике и контролю, т.к. все основные сделки были совершены «СИФ» (прим. сделка СИФ получила свое название от начальных букв английских слов: стоимость товара, страхование и фрахт: cost, insurance, freight) при посредстве крупнейшей в Норвегии фирмы «Бергенское пароходное общество».

Одной из задач Торгпредства считалась выдача лицензий организациям, выступающим самостоятельно на внешнем рынке, и контроль за их торговыми операциями. Прибыв поздней осенью в Кристианию, руководители представительства обнаружили, что разовые торговые операции здесь ведет Архгубсоюз. Представительство старалось контролировать все без исключения сделки. На севере Норвегии выступал с товарно-обменными операциями Архангельский Совнархоз, привезший разных товаров, как-то: веревок просмоленных, стоянок, фанеры, пушнины разной, замши, смолы, пека, лесных материалов на общую сумму 145.491 крона 99 эре. Вывезено было из Норвегии тем же Совнарохозом сельди, соленой и сухой рыбы на 136.658 крон. Как убеждаемся, перечень доставленных и импортируемых товаров был самый традиционный, характерный еще для XIX века. Многие из них по причине быстрого промышленного развития самой Норвегии и последующей индустриализации СССР не имели будущего. Торгпредству и его комитентам предстояло искать новые виды товаров и иные формы сделок.

В задачи агентства в Вардё (отделение Торгпредства) входило всестороннее обслуживание, наблюдение и учет морской связи между странами, включая почтовую, между соседними регионами. Все экспортные товары, предназначенные для Норвегии и заготовленные различными северными организациями, направлялись в Норвегию также через Вардё. Отвечало агентство за направление и регулирование торговли поморов. Агентство выполняло также и консульские функции под руководством заведующего консульской частью Торгпредства.

Летом-осенью 1922 года в руководстве и составе Торгпредства и Полпредства в Норвегии произошли первые серьезные изменения: сокращен штат. По новым приказам в развившемся Полпредстве состояло и получало жалование 9 человек, а в Торгпредстве оставалось 10. Причем Михайлов получал жалование только по должности Полпреда, хотя руководил и Торгпредством. А Н.О. Кучменко, заведующий финансовой частью Торгпредства, получал жалование только по своей параллельной должности в Полпредстве. Таким образом, штат Торгпредства был сильно урезан с 17 до 10.

13 декабря 1921 года в специальной записке в финансовый отдел Наркомвнешторга Михайлов просил определить состав делегации в 22 человека и считал, что это необходимый минимум для полноценной работы. Но его требованиям в НКВТ не вняли.

С лета 1922 года состав Торгпредства стал быстро меняться. 25 июня 1922 года миссию (Торгпредство и Полпредство) возглавил Яков Суриц. Позже в руководящий коллектив вошли: Александра Коллонтай – советник делегации, Владимир Ошмянский – первый секретарь, Марсель Боди – личный секретарь, Яков Ковалевский – шеф торгового отдела, Адольф Гай – консул (он же занимался и разведкой в среде белой эмиграции) и Александр Кузнецов – торговый и морской агент в Вардё. Остальные работники занимали вакансии технического персонала и в норвежском статскалендаре не числились.

Я.З. Суриц

Я.З. Суриц

Новый руководитель советской торгово-дипломатической миссии был намерен глубоко реконструировать Торгпредство и Полпредство. Он немедленно поставил перед НКИД вопрос о слиянии в целях экономии всех скандинавских полпредств с центром в Норвегии. Изучив документы миссии, он написал: «Во всем представительстве нет ни одного, который владел бы свободно норвежским и русским, и приходится прибегать к сложной и неудобной системе двойных переводов». Суриц намеревался как-то устранить этот недостаток за счет наличного состава миссии, перемещая сотрудников в должностях. Вскоре Я.З. Суриц понял, что никакие перестановки дела не улучшат, и потому в развернутом обосновании потребовал увеличить штат собственно Торгпредства хотя бы до 15 человек, включая двух машинисток и курьера. Ни о каком объединенном скандинавском представительстве речи уже не шло.

Попытку серьезных преобразований в структуре Торгпредства в 1922 году можно признать объективным явлением притирки и настройки этого инструмента государственной внешнеэкономической политики. Была надежда, что сокращение штатов вызвано чрезвычайными (разовыми) обстоятельствами голодной и разрушенной страны, в которых год-два еще следовало экономить на всем и перетерпеть. Но эта надежда рассеялась как дым.  Кроме того, бесконечные перестройки, реорганизации, ротации, «чистки» и, наконец, репрессии 30-х годов стали болезнью всего советского общества, разрушительно повлиявшей и на деятельность торгового представительства. Эти два отрицательных момента не давали работникам всех рангов времени накопить опыт, толком осмыслить коммерческие интересы Родины в Норвегии, заработать личный авторитет в кругах местных бизнесменов и политиков. С каждой очередной перестройкой или «чисткой», с каждой кампанией по сокращению штатов в нашем представительстве все чаще оказывались случайные люди, главным достоинством которых была пролетарская анкета. Это были честные работники, но большинство из них не задерживалось в стране надолго, а потому не успевали познать язык, почувствовать культуру Норвегии. В 30-х годах эта особенность усугубилась. Практически никаких личных контактов с обществом, кроме необходимых деловых и бытовых, во второй половине 30-х годов не допускалось. Редким исключением была А.М. Коллонтай. Она не боялась тесных неофициальных и полуофициальных связей с самыми разными слоями норвежского общества.

Пожалуй, только при её руководстве Торгпредством и Полпредством одновременно (1923 год) и последующие пару лет, до 1925 года, когда она возглавляла только Полпредство, но и с коммерческими делами оставалась тесно связана, необоснованных реформ структуры и состава представительств не проводилось. Отсутствие кадровых перетрясок помогло достичь многих успехов. В 1923 году было согласовано несколько концессионных соглашений, произошло признание СССР «де юре», на исходе 1925 года был заключен постоянный торговый Договор между Союзом ССР и Королевством Норвегия о торговле и мореплавании от 15 декабря 1925 года (скачать). Все значительные межгосударственные акты были подписаны в промежутке между 1921 и 1925 годами.

kol3

А.М. Коллонтай

Ежегодные поставки в РСФСР рыбы и сельди стабилизировались в эти годы на уровне 32–34 тыс. тонн, что создало базу для уважительного отношения к СССР как к полезному торговому партнеру Норвегии. Однако факт стабилизации послужил поводом для Москвы требовать нового сокращения штатов «в связи с уменьшением операций» по рыбным закупкам. Новый Торгпред Николаев Аким Максимович (четвертый в этой должности за 4 года) с конца 1925 года вынужден был заняться очередной реорганизацией.

В результате все ранее самостоятельные оперативные отделы были слиты в один – торговый. А бывшие отделы: экспортный, хлебный, импортный и транспортный превращены в его секции. В свою очередь торговый отдел вместе с финансовым составил коммерческую часть Торгпредства из 10 человек. Второй его частью по-прежнему осталась регулирующая. Пять её работников, включая Торгпреда в качестве руководителя, призваны не допускать самовольного выхода на зарубежный рынок. Это был отдел чистых контролеров-надзирателей. Торгпреду напрямую отчитывались филиал в Вардё из 4-х чиновников, и воссозданное в феврале 1926 года отделение в Бергене. Подразделения имели общую канцелярию и архив в составе 3-х человек, включая шофера-секретаря. При Торгпредстве существовал и консигнационный склад, на котором «из мелких товаров» для комиссионной реализации всегда были береста, зеленый горошек, белужья зернистая икра. Всего, уже после закрытия отделения в Бергене, торговая миссия насчитывала 19 человек. Сокращено, судя по отчету, 25% штата (4–5 служащих). А к концу 1926 года «сократили» и самого А.М. Николаева. Этим актом завершилась вторая крупная перестройка. Пятым руководителем Торгпредства назначили Иосифа Исидоровича Элердова. Он продержался на посту долее многих – до начала 1930 годов. Реорганизованная структура Торгпредства с середины 20-х годов может быть схематически представлена следующим образом:

Организационная структура Торгового представительства

структура

И вот что удивительно: титанические усилия Москвы по сокращению штатов в Торговом представительстве в Норвегии до середины 30-х годов, оказывались бесплодны. Торгпреды бодро рапортовали об очередном сокращении кадров в отчетах за 1921-22, 1925-26, 1926-27 годы, но потом в ходе практической работы всеми правдами и неправдами восстанавливали численность представительства до необходимого минимума. Таковым для Торгпредства в Осло была магическая цифра в 22–24 человека. Только на период пятилетки индустриализации этот аспект потерял актуальность. Штат определялся делом, а не формой. В отчете за 1928/29 год подробный разбор штатного состава исчез с первой страницы и переместился в самый конец – на 95-ю страницу, где указывалось только общее количество работников. А ведущее место занял серьезный анализ экономической и политической ситуации на норвежском рынке товаров и услуг.

С середины 30-х годов отлаженная структура советской торговой миссии стала подвергаться реальному сокращению и, в конце концов, была разрушена. Вместо обычных 20 служащих с апреля-мая 1935 года в его составе осталось всего два ответственных сотрудника. Пересмотренные функции этого ссохшегося органа с 1936 года предусматривали полное переключение на информационную работу для внешнеторговых объединений Советского Союза. Только между 1933 и 1939 годами. сменилось 6 торговых советников (так назывался тогда пост руководителя Торгпредства в составе Полпредства). О результатах их деятельности почти нечего сказать. Торговые документы 1936–1939 годов отрывочны и немногочисленны, а оперативные отчеты сухи и коротки. В них, как правило, отсутствуют аналитические оценки и толковые предложения. Все операции импорта-экспорта с 1935 года предписано было перенести в Союз. Теперь норвежские промышленники должны были отправляться в Москву для переговоров с внешнеторговыми объединениями (Экспортлес, Промэкспорт, Экспортхлеб, Союзпушнина, Минералэкспорт, Техноэкспорт, Инторгкино). Само наименование этих объединений ориентировало на продажу, а не на покупку. Результатом такой предвоенной «перестройки» стало регулярное невыполнение экспортных планов СССР.

ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД РАБОТЫ ТОРГПРЕДСТВА

9 апреля 1940 года фашистская Германия оккупировала на тот момент нейтральную Норвегию в связи с неоднозначной позицией руководства Королевства, которое, не смотря на свой нейтральный статус, активно поддерживало действия Великобритании на военных фронтах. Советское правительство в соответствии с пактом Молотова-Рибентропа разорвало отношения с находившимся в изгнании в Лондоне норвежским правительством и отозвало свою дипломатическую миссию из Королевства.

Однако спустя чуть больше года, после того, как Германия напала на СССР, 5 августа 1941 года советское руководство поспешило вновь восстановить дипломатические отношения с Норвегией. Интерес вызывает тот факт, что дом по Инкогнитогата 24Б во время фашисткой оккупации Норвегии был полностью занят немецкими офицерами, а в помещениях, которые формально продолжали принадлежать советскому Торгпредству, разместился руководящий состав гестапо.

В 1945 году, после окончания войны, советская дипмиссия была возвращена в Норвегию. Сотрудники Торгпредства постепенно возвращались в страну пребывания и вновь разместились на Инкогнитогата 24Б. Что касается советского Посольства (Полпредства), то в соответствии с подписанным между СССР и Норвегией договором обе страны получали в распоряжение своих представительств здания, в которых ранее располагались Посольства Германии, и советское Посольство в Осло  «въехало» в особняк, который до 1940 года занимало представительство Германии, а норвежское Посольство в Москве «заселилось» в усадьбу на Поварской улице,также ранее являвшуюся представительством Германии.

Russian_embassy_Oslo_front_building

Посольство РФ в Норвегии (Драмменсвейн 74)

Историческая справка: На территории Посольства сегодня до сих пор находится представительское здание, которое было построено в 1867 году для полковника норвежской королевской гвардии Ф. Нэсера немецким архитектором Вильгельмом вон Ханно. Данное здание является одним из старейших строений, находящихся на улице Драмменсвейн в Осло. С 1926 года здание являлось резиденцией немецкого чрезвычайного и полномочного министра (посла) Эдмунда Ромберга, а позднее Курта Броера (посол Германии в Норвегии до 16 апреля 1940 года). По распоряжению Ромберга в 1926 году на его участке было построено новое здание (на фотографии). До поражения фашисткой Германии комплекс зданий принадлежал представительству этой страны.

С момента своего возвращения в страну сотрудники  Торгпредства начинают активную работу по стабилизации двусторонних поставок товаров, и уже 27 декабря 1946 года подписывается Соглашение о товарообороте и платежах (прим. расчеты в свободной валюте) между Союзом Советских Социалистических Республик и Норвегией, которым устанавливаются основные принципы советско-норвежских отношений в области торговли. В частности, регламентируется, что «торговля между обеими странами будет осуществляться на основе контрактов, заключаемых между советскими внешнеторговыми организациями, с одной стороны, и норвежскими физическими и юридическими лицами, с другой стороны». Важен и тот факт, что в соответствии с соглашением норвежское правительство «имеет в виду продолжать свою либеральную импортную политику с тем, чтобы импорт в Норвегию советских товаров мог осуществляться беспрепятственно».

Очевидно, что после войны экономика как СССР, так и Норвегии находилась в серьезном упадке и на тот период не могло быть и речи о каком-либо расширении торгово-экономических отношений между двумя странами и торговле новыми товарами. При этом Советский Союз продолжал закупать у Норвегии рыбопродукцию, а Королевство, в свою очередь, наращивало добычу морских ресурсов, в основном сельди, используя активно рыболовецкий флот, который достался Норвегии от немцев.

Работа текла планомерно, каждый год сотрудники Торгпредства принимали активное участие в подготовке и подписании соглашений о поставках между союзными объединениям и норвежскими юридическими и физическими лицами. Некоторые советские ведомства и организации, такие как Минморфлот СССР, «Балтийское морское пароходство» (т.н. фрахтовая группа) и В/О «Совэкспортфильм» даже имели своих представителей в структуре Торгпредства. Постоянно велись переговоры с норвежскими ведомствами и организациями на предмет организации поставок новых товаров, особенно продукции советского машиностроения в Норвегию и товаров норвежской морской отрасли в СССР соответственно.

ПЕРИОД АКТИВИЗАЦИИ СОВЕТСКО-НОРВЕЖСКОГО ТОРГОВОГО СОТРУДНИЧЕСТВА

К концу 60-х — началу 70-х годов назрела острая необходимость диверсификации советско-норвежской торговли и создания для этого соответствующей нормативно-правовой базы. И с 1967 года был инициирован сложный процесс переговоров с участием Торгпредства, Посольства и представителей Минвнешторга СССР и МИДа СССР, итогами которых стали подписания следующих договоров:

Долгосрочного торгового соглашения, подписанного в Осло 18 июня 1971 года. Данный документ заменял собой Соглашение о товарообороте и платежах между Союзом Советских Социалистических Республик и Норвегией от 27 декабря 1946 года. С советской стороны соглашение подписал Министр внешней торговли СССР Н.С. Патоличев (1908-1985), один из «долгожителей» советской партийной элиты, который находился в должности министра с 1958 по 1985 годы.

Соглашения между СССР и Норвегией об экономическом, промышленном и научно-техническом сотрудничестве (скачать), подписанного 19 мая 1972 года в Москве министром торговли Норвегии П. Клеппе и первым заместителем Министра внешней торговли СССР М.Р. Кузьминым.

По содержанию Соглашение 1971 года почти полностью повторяет предыдущий договор 1946 года, за исключением положений, касающихся осуществления платежей в свободной валюте, так как этот вопрос регулировался отдельным Соглашением о платежах 1965 года. Новым же соглашением предусматривалась стремление обеих стран расширять экспорт-импорт и стремиться к либерализации торговых режимов двух стран.

Соглашение 1972 года вносит существенное новшество в советско-норвежские торгово-экономические отношения, так как его положениями создается Смешанная Советско-Норвежская Комиссия по экономическому, промышленному и научно-техническому сотрудничеству, первая сессия которой состоялась менее чем через полгода после подписания Соглашения, с 10 по 14 октября 1972 года в Осло. Советскую и норвежскую делегации возглавили сами подписанты Соглашения: М.Р. Кузьмин и П. Клеппе.

Итоговые документы I сессии Смешанной Советско-Норвежской Комиссии по экономическому, промышленному и научно-техническому сотрудничеству:

2016-02-04 14-59-57 Скриншот экрана2016-02-04 15-00-13 Скриншот экрана2016-02-04 15-00-41 Скриншот экрана2016-02-04 15-01-14 Скриншот экрана2016-02-04 15-01-48 Скриншот экрана

 

Анализируя указанные документы, а также итоговые протоколы последующих сессий, можно сделать вывод, что отношения между соседними странами были на весьма высоком уровне и активно развивались В документах четко прослеживается заинтересованность как Норвегии в советских товарах (лес, удобрения, машины), так и СССР в норвежской продукции (технологии судостроения, рыбопродукция). Кроме того, предусматривались и конкретные меры по налаживанию торговых связей, например, по экспортному кредитованию, облегчению таможенных режимов. Протоколами сессий даже предусматривалось участие советских и норвежских организаций в конкретных выставках и ярмарках, проходящих как на территории СССР, так и на территории других стран.

Активно создавались рабочие органы Комиссии, такие как, например, Рабочая группа по поставкам машин и оборудования, созданная в 1973 году. О результатах работы Комиссии, ее рабочих органов и торговых контрагентов двух стран можно судить по постоянному росту советско-норвежского товарооборота:

Из справки Торгпредства 1983 года

2016-02-05 14-26-48 Скриншот экрана

Номенклатура советского экспорта в Норвегию и норвежского экспорта в СССР:

IMG_5681IMG_5682IMG_5683

 

О специфике советского-норвежского товарооборота  дают представление документы, подготовленные специалистами Торгпредства того времени. Кроме того, экспертами Торгпредства совместно с Посольством активно прорабатывалась перспективная составляющая двустороннего торгово-экономического сотрудничества, о чем можно судить по перечню потенциальных направлений сотрудничества (1971 год):

2016-02-04 15-56-37 Скриншот экрана2016-02-04 15-56-58 Скриншот экрана2016-02-04 15-57-15 Скриншот экрана2016-02-04 15-57-29 Скриншот экрана

 

Подводя итог работы Торгового представительства СССР в Норвегии до 1991 года, следует сказать, что сделано было чрезвычайно много и кроме повседневной работы с советскими и норвежскими импортерами/экспортерами, было реализовано следующее:

более чем в 5 раз увеличен советско-норвежский товарооборот с 40 млн. советских рублей в 1950 году до 214 млн. советских рублей к 1989 году;

создана внушительная правовая база, состоящая из 4 межправительственных двусторонних договоров (Соглашение о платежах 1965 года, Долгосрочное торговое соглашение 1971 года, Соглашение об экономическом, промышленном и научно-техническом сотрудничестве 1972 года, Долгосрочная программа развития экономического и промышленного сотрудничества 1980 и 1990 годов);

проведено 17 сессий Смешанной Советско-Норвежской Комиссии по экономическому, промышленному и научно-техническому сотрудничеству.

СОВРЕМЕННЫЙ ЭТАП РОССИЙСКО-НОРВЕЖСКОГО ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА И РАБОТЫ ТОРГПРЕДСТВА РОССИИ В НОРВЕГИИ

Современная работа Торгпредства существенного отличается от периода СССР, когда представительства Внешторга играли ключевую роль в торговых отношениях. Самым главным функционалом на сегодня в Торгпредстве следует назвать «клиентоориентированность», когда налаживается прямой канал между торговым представительством в стране пребывания и российской компанией — потенциальным экспортером. Есть свои трудности, есть определенные истории успеха, но вопрос существования торгпредств России за рубежом в настоящий момент не стоит, что подтверждается и словами руководства страны. Есть определенные планы по реформированию, модернизации и даже расширению сети торгпредств.

Что касается российско-норвежских торгово-экономических отношений, то они переживают разную степень развития, и на них, к сожалению, существенным образом влияет текущая геополитическая обстановка в мире, которая не мешала взаимодействию между двумя странами даже в период активной «холодной войны». Однако продолжают существовать и появляться механизмы сотрудничества.

Так, например, на базе Соглашения о торговле и экономическом сотрудничестве между нашими странами от 26 марта 1996 года действует Межправительственная Российско-Норвежская комиссия по экономическому, промышленному и научно-техническому сотрудничеству (МПК), которая по праву является «преемницей» Советско-Норвежской Комиссии. Проведено шестнадцать сессий Комиссии, последняя состоялась 11 июня 2013 года в Осло (Норвегия). Семнадцатая сессия, проведение которой планировалось в мае 2014 года в Москве, была отменена по причине отказа норвежской стороны из-за ситуации на Украине. По иронии судьбы стоит отметить, что советско-норвежская смешанная комиссия вначале приостановила, а затем прекратила работу на 17 год своего существования…

НЕМНОГО О БЫТЕ СОТРУДНИКОВ ТОРГПРЕДСТВА

Как было отмечено выше с конца 20-х годов Советское правительство приобрело два помещения в Осло, в жилом доме по адресу Инкогнитогата 24Б для размещения офисов Торгпредства, Полпредства, а также для проживания сотрудников данных совзагранучреждений. В 1945 году сотрудники советского Посольства «переехали» в новое здание, в то время как сотрудники Торгпредства продолжали проживать по предыдущему адресу и частично арендовать недвижимость вблизи представительских квартир. Постепенно, по ходу роста уровня торгового взаимодействия и расширения штата сотрудников Торгпредства и прикрепленных к нему представителей советских внешнеторговых объединений и организаций появилась необходимость в обретении собственного здания или комплекса зданий, в которых сотрудники смогли бы как работать, так и проживать без особых стеснений.

Вопреки мнениям того времени о «зажиточности» советских загранработников, условия быта «торгпредских» были весьма скромные, о чем свидетельствует обоснование приобретения/постройки нового здания:

2016-02-04 17-17-27 Скриншот экрана2016-02-04 17-17-53 Скриншот экрана

На протяжении почти 10 лет рассматривались самые разные варианты, велись переговоры с продавцами вторичной недвижимости и строительными компаниям и лишь в 1966 году удалось согласовать покупку особняка 1916 года постройки по адресу Драмменсвейне 106Б (ныне — Фрёйас гате 17), фасад которого выходил на Шелюствейен и набережную (ныне — трасса Е6). Особняк принадлежал судоходной компании «Мольтцаус Танкредери» и в нем проживал владелец компании с семьей. Семья Мольтцаус считала данный дом слишком большим для одной семьи и большую часть времени проводила во Франции, в связи с чем приняла решение о продаже особняка советским дипломатам за 1100 тыс. норвежских крон. Таким образом, спустя 45 лет после образования Торгпредства его сотрудники обзавелись полноценным, отдельным весьма представительным офисом, который до сих пор удивляет гостей Торгпредства связью времен и эпох и изумительным видом на норвежский фьорд и летнюю королевскую резиденцию.

2016-02-04 17-37-54 Скриншот экрана

1917 год. Особняк, в котором сегодня располагается Торгпредство

Кстати, именно благодаря своей уникальности здание Торгпредства было выбрано в 1989 году киностудией «Ленфильм» для съемок сцен из фильма «Канувшее время» с Н. Руслановой, Е. Евстигнеевым, В. Зельдиным в главных ролях.

 

2016-02-05 15-05-52 Скриншот экрана

Кадр из фильма «Канувшее время»

После покупки появилась необходимость проведения капитального ремонта и перепланировки здания как внутри (рабочие кабинеты, вспомогательные помещения), так и снаружи (терраса для проведения приемов, парковка). И в 1967 году специально прибывшие из Москвы строители начали работы:

2016-02-04 17-41-51 Скриншот экрана

1967 год. Процесс «преображения» здания Торгпредства в современный вид (строительство террасы)

Современный вид

Современный вид

Интересен факт, что жители Осло были весьма недовольны модернизацией внешнего вида особняка с возведением некоторых элементов советской символики, о чем свидетельствует заметка в норвежской газете того времени «Моргенбладет»:

Перевод статьи в газете "Моргенбладет"

Перевод статьи в газете «Моргенбладет»

 

2016-02-05 14-34-10 Скриншот экрана

Фасад здания с названием Торгпредства и советской символикой:

2016-02-05 15-08-44 Скриншот экрана

Фасад со стороны трассы Е18 (ранее — Шелюствейен)

Таких статей в итоге было множество и все они, конечно же, несли политический подтекст. Однако, не смотря ни на что, ремонт здания закончили, и в 1968 году сотрудники Торгпредства въехали в новое здание.

2016-02-04 17-52-48 Скриншот экрана

Вид на здание со стороны полуострова Бюгдёй

2016-02-04 17-53-59 Скриншот экрана

Центральный вход в здание

Об исторических интерьерах здания Торгпредства

2016-02-05 15-16-50 Скриншот экрана

Вид на центральный вход в здание

2016-02-05 15-17-24 Скриншот экрана

Со стороны центрального входа. По бокам — лестницы в бывшую жилую (до 1967 г.), ныне — служебную зону здания

2016-02-09 09-33-57 Скриншот экрана

Главное помещение дома, в котором до 1967 года была столовая, слева — вход в бывшую бильярдную (ныне — малая переговорная), справа — кабинет Рагнара Молтзау, хозяина дома (ныне — вспомогательное помещение для приемов)

2016-02-05 15-13-01 Скриншот экрана

Верхний зал приемов

Использованы материалы:

архива Торгпредства России в Норвегии

книги Р.В. Пересадило , А.В. Репневский «Северная Европа: Проблемы истории». – 2003. – Вып. 4. – С. 191–210.

архива и библиотеки Дипломатической академии МИД России

журнала ФГУП «Арктикуголь» «Вестник Шпицбергена»

Электронной энциклопедии «Википедия»

Канала «Иллюзион»

сборника международных нормативно-правовых актов СССР

 

.

Сайт создан irsolo.com